Выплаты матери одиночке

С 2018 года в московских роддомах вручают коробку с вещами для младенца. Эта традиция заимствована из Финляндии. Pink разбирается, как в Северной Европе создали оптимальные условия для материнства и какую поддержку женщины получают в других странах.

Читать в полной версии

Фото: Jenna Christina/Unsplash

Фото: Jenna Christina/Unsplash

Социальная поддержка, которую государство оказывает матери, в идеале должна прежде всего решать три проблемы. Во-первых, обеспечивать качественное родовспоможение и другие медицинские услуги. Во-вторых, поддерживать семьи, которые оказались в трудной финансовой ситуации, и предоставлять определенные льготы матерям-одиночкам. В-третьих, создать адекватное, учитывающее интересы родителей трудовое законодательство.

История вопроса

На Западе одной из первых ласточек заботы о матерях и новорожденных стал Акт национального закона о страховании (National Insurance Act), принятый в 1911 году в Великобритании. Женщинам полагалась квалифицированная медицинская помощь и выплата в размере 30 шиллингов — что-то около 120 фунтов в пересчете на современные деньги. К 1970-м годам в большинстве европейских стран на законодательном уровне было закреплено право женщины на отпуск по беременности и родам. А в Швеции, где уделяется много внимания вопросам гендерного равенства, тогда же приняли постановление о том, что в такой отпуск может уйти как мать, так и отец.

Не стоит, правда, забывать, что многие процветающие страны стали таковыми лишь в последние несколько десятилетий. Та самая коробка с приданым для младенца появилась в Финляндии в конце 1930-х годов как форма помощи малоимущим семьям. Тогда страна была очень бедной, и людям порой не хватало денег даже на то, чтобы купить ребенку достаточное количество одежды. Уже существенно позже коробка стала скорее просто приятным дополнением: сегодня при среднем доходе около 2800 евро в месяц большинство финнов вполне могут позволить себе купить аналогичный набор пеленок, распашонок и бутылочек.

В России еще в 1912 году был принят закон «Об обеспечении рабочих на случай болезни». В число «болезней» входили беременность и роды: в течение шести недель женщины получали сумму в размере не более половины от зарплаты. Правда, претендовать на такое пособие могли только фабричные работницы. Да и в СССР развитие законодательства в этой области шло бок о бок с развитием законодательства трудового: в советские времена женщины были вовлечены в профессиональную деятельность в большей степени, чем сейчас. Трехлетний отпуск по уходу за ребенком, который так любят приводить в пример, говоря, что в России «удобно» быть матерью, появился лишь в 1989 году.

Рейтинги и лидеры

В наши дни международная организация Save the Children, которая занимается защитой прав детей по всему миру, регулярно публикует рейтинг государств, где созданы наиболее подходящие условия для материнства. Уже традиционно в его первую пятерку входят страны Северной Европы: все та же Финляндия, Швеция, Норвегия, Исландия, Дания.

Почему именно этот регион идет впереди планеты всей, когда речь идет о благополучии детей и матерей? Одним из опорных критериев, который учитывают при составлении рейтинга эксперты Save the Children, является процент женщин в составе правительства страны. В Скандинавии и прилегающих к ней государствах их число обычно выше 40% — или около того. Вполне логично, что в странах, где женщины имеют реальную возможность влиять на политику и экономику, охрана материнства находится в приоритете. В действующем правительстве Швеции должность министра по делам детей, пожилых людей и равенства занимает Оса Регнер. В Норвегии на аналогичный пост в 2013 году была назначена Сольвейг Хорне.

Еще один из ключевых факторов — детская и материнская смертность. Уровень последней в целом снижается, но в ряде стран он по-прежнему довольно высок. Это связано не только с тем, что в государствах Восточной и Центральной Африки медицинское обслуживание, мягко говоря, оставляет желать лучшего, но и с тем, какой процент населения проживает в городских трущобах. В благополучной Скандинавии трущоб нет. В результате в Норвегии из тысячи младенцев умирает в среднем 2,8, а в Сомали — 145,6.

Запад и Восток

Сильно выбивается из этой статистики США — экономический лидер, который в рейтинге лучших государств для материнства не попадает даже в первую тридцатку. Хотя уровень детской смертности там относительно низок (около семи младенцев из тысячи), а доход на душу населения высок и составляет более 57 000 долларов в год, в Америке не предусмотрено практически никаких льгот для новоявленных родителей, в том числе оплачиваемого отпуска по уходу за ребенком.

По мнению специалистов в области трудового права, все дело в том, что власти США никак не могут пересмотреть акт, принятый в 1993 году. Тогда правительство постановило, что максимум, который полагается матери, — 12 недель неоплачиваемого отпуска. Ни государство, ни работодатель не обязаны помогать семье материально. Для сравнения: в Швеции родителям предоставляется 480 дней, в течение 390 из которых ушедшие в отпуск мать или отец получают 80% от своей прежней зарплаты. Дональд Трамп вроде бы обещал ввести льготы для матерей, но дальше разговоров дело пока не зашло.

Интересно, что в рейтинге Save the Children недалеко от США ушла другая экономически развитая страна — Япония. Главным образом потому, что в составе японского правительства очень немного женщин — всего около 11%. Но, если присмотреться, оказывается, что в Стране восходящего солнца матерям оказывают значительно более ощутимую поддержку, чем в Америке. С 2006 года каждая беременная женщина, вставшая на медицинский учет, получает специальный «значок материнства». Он прикрепляется на одежду или на сумку и нужен для того, чтобы окружающие понимали, что при его обладательнице не стоит курить, а в переполненном общественном транспорте нужно постараться ее случайно не толкнуть.

Япония — страна, население которой стремительно стареет, а молодежь не спешит жениться и заводить детей. Поэтому правительство таким образом старается поощрить материнство, чтобы выйти из демографического пике. С другой стороны, матери-одиночки здесь — это крайне уязвимая категория населения. Сказывается традиционный патриархальный уклад и «мужская система заработков»: женщина, воспитывающая ребенка, получает в среднем на 60% меньше, чем мужчина. «Вытянуть» ребенка в одиночку ей будет сложно.

Как у нас

Даже те, у кого пока нет детей, наверняка слышали, что выплаты на ребенка в России невелики. Сразу после рождения младенца его мать получает единовременно 16 350 рублей (2017 год). Если она проведет полтора года в отпуске по уходу за ребенком, то ей ежемесячно будут платить до 40% от среднего заработка за два предыдущих года (но не более той же суммы около 16 000 рублей). Если постоянной работы у женщины не было, ей будут начислять около 3000 рублей на первого ребенка и 6000 с небольшим — на второго, третьего и последующих. После полутора и до трех лет ежемесячная компенсация составляет 50 рублей.

В 2018 году появилось одно важное нововведение: семьям, которые оказались в трудной материальной ситуации, теперь можно получать ежемесячные выплаты из материнского капитала (он по-прежнему составляет 453 036 рублей) либо потратить его на содержание ребенка в яслях или детском саду.

По сравнению с США все эти меры — огромный прогресс. Но идеализировать ситуацию тоже не стоит. Хотя для России в целом характерно уважительное отношение к материнству, недостатки можно найти практически в любой сфере, так или иначе связанной с рождением детей. В Москве в одиночку спуститься в метро с детской коляской — настоящий квест: нужно либо заранее подавать заявку в центр обеспечения мобильности, либо просить помощи у прохожих. Либо вообще стараться поменьше выходить за пределы двора своего дома. А ведь городская среда по идее должна быть устроена так, чтобы облегчать жизнь человеку, в том числе женщине с ребенком.

В 2016 году по российским социальным сетям прокатился масштабный флешмоб #насилие_в_родах. Его участницы рассказывали о своем опыте психологического и физического насилия со стороны персонала родильных домов. Некоторых из них оскорбляли, унижали и запугивали, другим давали пощечины и давили на живот, над третьими проводили серьезные медицинские манипуляции без их согласия. Формирование в России кодекса профессиональной этики в области родовспоможения — огромное поле для работы.

Роль культуры

Существуют более-менее объективные факторы, которые позволяют определить, какую именно поддержку государство должно оказать матери и ребенку. Например, согласно рекомендациям ВОЗ отпуск после родов должен составлять не менее шести недель. Это минимальный срок, за который женщина успевает восстановиться и заметить симптомы осложнений, если они возникнут. К числу таких осложнений ВОЗ относит и постродовую депрессию. Кстати, помощниками в борьбе с ней и другими стрессами родительства нередко становятся сообщества в социальных сетях.

Вместе с тем на соблюдение подобных рекомендаций огромный отпечаток в каждой конкретной стране накладывают традиции и культура. В той же благополучной Скандинавии молодые родители часто жалуются на окружение, которое считает, что после появления ребенка они должны жить как прежде: ходить в рестораны, заниматься спортом, носить модную одежду. Как будто ничего не изменилось. Или что детей нужно как можно раньше отправлять спать в отдельную комнату, чтобы они росли сильными и самостоятельными.

В России — другие проблемы. В наших законах нигде не оговорено, что в отпуск по уходу за ребенком должна уходить именно мать. Но, во-первых, мужчины в нашей стране зарабатывают в среднем на 30% больше, чем женщины. Учитывая мизерный размер социальных выплат, имеет смысл поручать заботу о ребенке матери: отец просто-напросто принесет в семью больше денег. Во-вторых, в традиционалистском российском обществе мужчина, который сидит дома с ребенком, пока жена ходит на работу, все еще вызывает скорее град насмешек, чем одобрение. Хотя некоторые подвижки уже есть.

В свою очередь, от женщины ждут, что она будет идеальной, внимательной, все успевающей матерью — и одновременно отличным профессионалом, сумевшим построить успешную карьеру. Это создает огромное психологическое давление, справиться с которым без чьей-то помощи часто очень сложно. Такие проблемы помогают решать различные инициативы, в том числе SelfMama Forum — образовательная конференция для женщин, которые хотят совмещать материнство и самореализацию. Или сайты, помогающие найти удаленную работу и больше времени проводить с детьми, например workathome.

Очевидно, что побороть укоренившиеся в сознании стереотипы порой значительно труднее, чем увеличить размер пособия или построить новые пандусы. Но, встав на этот путь, сегодня женщина вполне может рассчитывать на поддержку единомышленниц.

Официально в Украине около 195 тысяч одиноких матерей, которые получают социальные выплаты от государства. Средний размер таких выплат — 2 500 грн ($89). Чиновники считают, что многие мамы не регистрируют брак ради сохранения этой финансовой помощи, но живут с отцом ребенка. С лета 2020-го правила выплат изменились. Теперь их могут получить те, кто официально работает или стоит на учете в службе занятости, и не живет с отцом ребенка, а также соответствует другим требованиям. Однако подобные правила могут оставить без выплат и тех, кто действительно в них нуждается.

Выплата не положена

«Несколько лет я встречалась с мужчиной, когда он узнал о беременности — отказался от ребенка. Мне тогда был 31 год. Я была уверена, что сама его подниму, рожала я его для себя», — рассказывает Вера Митюкова.

Вера была изначально оформлена как одинокая мама. Вместе с 11-летним сыном она живет в общежитии в Кривом Роге. Мы встречаемся с ней возле входа в здание. В общежитии четыре этажа, окна на первом забиты листом железа. «Это душевая комната, но мы там не моемся — холодно и нет горячей воды», — объясняет Вера.

Вера Митюкова в своей комнате в общежитии
Вера Митюкова в своей комнате в общежитии <p>Андрей Новиков/hromadske</p>

Мы поднимаемся по старой лестнице, вокруг — исписанные, в некоторых местах с дырами, стены зеленого цвета. Коридор темный, лишь издали пробивается свет. От этой прогулки остается очень тягостное впечатление, кажется, здесь не могут жить люди. Но тут из общей кухни доносится запах жареной картошки.

Комната Веры — маленькая и светлая, в ней всего 18 квадратных метров. Нет ни кухни, ни умывальника с туалетом. Один диван на двоих с сыном, стол, холодильник и шкаф вдоль стены. «Ждем, что сегодня привезут раскладное кресло для сына, — помощь от ЮНИСЕФ», — говорит Вера.

Его зовут Дима, он учится в 5 классе, по инклюзивной программе. У Димы синдром Аспергера — это один из видов аутизма. Он ходит в музыкальную школу, играет на пианино, посещает шахматный кружок. Недавно Вера научила его играть в футбол, теперь мальчик мечтает стать диктором или тренером. Но Дима остается ребенком с особенными потребностями: «Он не может реагировать так, как обычные дети. Ему каждую ситуацию нужно объяснять, он не может управлять своими эмоциями, начинает себя бить, кричать, его надо успокоить», — объясняет Вера.

11-летний Дима Митюков
11-летний Дима Митюков <p>Андрей Новиков/hromadske</p>

Она признается, что одной воспитывать ребенка тяжело. Бабушек и дедушек нет, Вера — сирота. В 13 лет мама оставила ее на автобусной остановке. Девочка видела, как ее мать уезжала. «Она сказала на прощание, что меня такую (у Веры на левой части лица неврит — воспаление нервов, отвечающих за контроль над движениями лицевых мышц, — ред.) точно пожалеют и заберут другие люди», — вспоминает она. Из родственников осталась только тетя в Харькове, с которой они не общаются: «Она позвала как-то меня с сыном к себе в гости. Потом сказала: «Если тебе тяжело — сдай ребенка в детдом”. Я собралась и уехала».

Сына одного дома оставить нельзя — дети с таким синдромом нуждаются в постоянном присмотре. «Мне удалось найти женщину, которая за небольшую плату согласилась смотреть за моим ребенком — встречать из школы, иногда сидеть с ним на выходных, потому что у меня выпадают рабочие смены в эти дни», — рассказывает Вера. Ее зарплата — 5-7 тысяч (около $178-250), но бывает и этого не хватает — приходится брать деньги в кредит.

Кухня в общежитии в Кривом Роге, в котором живут Вера и Дима
Кухня в общежитии в Кривом Роге, в котором живут Вера и Дима <p>Андрей Новиков/hromadske</p>
Кухня в общежитии в Кривом Роге, в котором живут Вера и Дима
Кухня в общежитии в Кривом Роге, в котором живут Вера и Дима <p>Андрей Новиков/hromadske</p>
Общежитие в Кривом Роге, в котором живут Вера и Дима
Общежитие в Кривом Роге, в котором живут Вера и Дима <p>Андрей Новиков/hromadske</p>
Общежитие в Кривом Роге, в котором живут Вера и Дима
Общежитие в Кривом Роге, в котором живут Вера и Дима <p>Андрей Новиков/hromadske</p>

«Вот получила я зарплату — 5 600 грн ($200), мне 2 800 ($100) надо отдать няне. Учитывая то, что ребенок с инвалидностью, нам все время надо проходить обследования и лечение», — объясняет она. От государства Вера получает пособие на ребенка с инвалидностью и по уходу за ребенком с инвалидностью, в сумме — это 2 435 грн ($87). До 2014 года она также получала соцвыплату в размере 450 грн ($16) как одинокая мама, но потом ее сняли.

«Мне объяснили — для того, чтобы дали «одинокую маму”, надо, чтобы доход на двоих не превышал по 1 700 ($60), то есть — это 3 400 ($121). По доходам посчитали и сказали, что выплата «одинокой мамы” нам не положена. Уже 6 лет мы ее не получаем», — рассказывает Вера.

Она говорит, что знает женщин, которые оформлены как одинокие мамы, но живут с мужчинами: «Такие есть и в нашем общежитии. За счет этих выплат люди научились выживать. Но есть и молодые семьи, которые не работают, получают деньги и пропивают их».

По словам Веры, тяжелее всего ей сейчас из-за условий, в которых они живут. Дима часто болеет, ведь в общежитии холодно, в общем туалете сломаны окна, там гуляет сквозняк. На кухне ночью бегают мыши, а в комнате приходится травить тараканов и блох. Среди соседей есть алкозависимые и наркозависимые люди. Из 90 квартир только 12 платят за коммунальные услуги. «Этот вопрос никак не решается, долги накапливаются, в результате услуг нас лишают: началось с горячей воды, ее отключили 10 лет назад, затем нам отключили газ», — объясняет Вера.

Дима делится с нами своими мечтами — он говорит, что хотел бы жить в квартире, где есть ванная, кухня и туалет. В общежитии они с мамой купаются в тазике или в маленькой ванночке в комнате.

«Я обратилась в наш исполком, попросила предоставить нам другое жилье — квартиру или хотя бы малосемейку, или общежитие, где есть туалет и ванная в комнате. Мне ответили, что я 233 в очереди на льготное жилье. С учетом того, что в последние годы у нас в Кривом Роге дома не строятся, то это будет очень-очень долго», — рассказывает Вера.

Наталья Скарнецкая из Горловки вместе с 12-летним сыном Женей и своей мамой
Наталья Скарнецкая из Горловки вместе с 12-летним сыном Женей и своей мамой <p>Сашко Ференс/hromadske</p>

Один добытчик в семье

В Киеве мы встречаемся с еще одной одинокой мамой. Наталья Скарнецкая воспитывает 12-летнего сына Женю, у него аутизм. Они вместе с мамой Наташи живут в съемной квартире. В 2014 году семья выехала из Горловки (Донецкая область, город находится на неподконтрольной территории, — ред.), когда там началась война. С мужем Наталья рассталась, когда сыну было 4 года, но его отец участвовал в жизни ребенка. Спустя год после переезда в Киев Наташе позвонили с работы мужа и сообщили, что у него остановилось сердце.

«Сложно, когда у тебя ребенок с инвалидностью, ты один добытчик в семье, еще и в чужом городе», — объясняет Наталья. Она проводит нас в небольшую двухкомнатную квартиру. На стенах и холодильниках — разноцветные детские рисунки. «У нас вместо шкафов — холодильники, — смеется Наталья. — Хозяин квартиры не забрал их, так мы туда вещи складываем». В комнате в углу стоит клетчатая сумка с вещами: «Не разобрали», — говорит Наталья и прикрывает ее покрывалом.

Квартиру семья снимает с середины 2015 года, до этого жили в центре для переселенцев, но оттуда их выселили. Мама постоянно рядом с Женей, оставлять ребенка с аутизмом одного никак нельзя. До карантина Наталья работала няней в семье, где тоже есть ребенок с инвалидностью: «Но коронавирус внес свои коррективы. Семья, с которой мы работали, выехала из Украины. Сейчас я ищу работу».

У 12-летнего Жени аутизм
У 12-летнего Жени аутизм <p>Сашко Ференс/hromadske</p>

Наталья получает социальные выплаты по утрате кормильца, пособие по уходу за ребенком с инвалидностью и выплаты для переселенцев. «Мы получаем еще одну выплату. В Киеве есть городская программа для детей с инвалидностью — это 1 тыс. — 1,5 тыс. ($35,7 — $53,5), в зависимости от сложности диагноза», — говорит женщина.

Общая сумма выплат составляет около 8 тыс. грн ($285). Столько же Наталья платит и за съемную квартиру. Она говорит, что ей предлагают поехать на заработки в Чехию или Польшу, но она не может оставить сына. «На три месяца мне нужно его оставить, и мама у меня уже не молодая, ей тоже тяжело. Я понимаю, что я своего ребенка после трех месяцев в кучу не соберу», — объясняет Наталья.

Она стоит в очередях на муниципальное жилье, но очередь пока не двигается — муниципального жилья просто нет.

«Очень сложно маме-одиночке с таким ребенком с инвалидностью выжить там, где нет родственников и своего жилья. Любая мама, у которой есть ребенок с инвалидностью, себе не заказывала такого ребенка», — объясняет Наталья. Она говорит, что пока не видит выхода из ситуации, возможно, ей придется вернуться назад в Донецкую область. Но там, по словам Натальи, нечего делать. «Я всегда настраиваю себя на позитив. Если об этом думать — страшно, я не знаю, что должно случиться, чтобы у таких мам был достойный уровень жизни», — говорит она.

Социальный механизм против брака

Юристка Общественной приемной Украинской Хельсинкской группы по правам человека в Киеве Виктория Петрук говорит, что до 2016 года выплаты получали все одинокие мамы вне зависимости от их зарплаты. Ее размер зависел от возраста ребенка и составлял примерно от 309 грн ($11) до 386 ($14). Затем стали учитывать общий доход семьи за предыдущие 6 месяцев.

Сами чиновники признавали, что условия, в которые поставили родителей, по сути, способствуют их попыткам всеми правдами и неправдами сохранить социальные выплаты. «Мы создали такой социальный механизм, когда людям невыгодно регистрировать брак», — заявлял тогдашний министр социальной политики Александр Рева.

С июля 2020-го правила выплат изменились — теперь также смотрят, сколько в семье людей трудоспособного возраста.

В Министерстве социальной политики в ответ на запрос hromadske говорят, что принятие таких изменений позволило увеличить размер помощи для других социальных категорий. Например, повысился прожиточный минимум для детей из малообеспеченных семей (с 85 до 130%), также подняли средний размер помощи для одиноких мам в семьях с двумя детьми и больше. Иными словами — помощь увеличилась для других социальных категорий за счет выплат, которые государство отменило из-за новых требований.

Виктория Петрук говорит, что мамы-одиночки часто обращаются к ним за консультациями. В основном с вопросами по льготам — как их получить. Однако удается ли им помочь, Виктория не знает, потому что мамы обращаются разово и связь с ними теряется. Адвокатка по семейному праву Анна Цимейко говорит, что ее работа с одинокими мамами тоже сводится к консультациям — какой пакет документов нужен для подачи на выплаты. «Если возникали спорные вопросы с социальной службой, я консультировала как вести себя в таких случаях», — рассказывает Цимейко.

Юристка Виктория Петрук говорит, что к ним обращаются за помощью и в случаях, если маму лишили выплаты, но такие просьбы поступают нечасто. «Как-то нам звонила мама, она очень возмущалась, что у нее забрали соцвыплаты. Я пыталась выяснить, почему это случилось. Она рассказала, что живет с мужчиной. Я объяснила, что это является основанием для отмены выплаты, но она сказала, что у них так все село живет и это не честно, что выплату забрали только у нее», — говорит Виктория.

По словам юристки, сейчас проблем добавит и карантин — люди теряют работу, новую найти не могут и из-за этого могут лишиться и социальных выплат. Для многих, особенно в маленьких городах и селах, где и до карантина с работой были большие проблемы, такая помощь зачастую остается единственным доходом семьи.

При поддержке «Медиасети»

слушайте также
  • 🎧 Как государство лишает выплат матерей-одиночек

В России увеличиваются детские пособия. В 2020 году средний размер ежемесячной выплаты на первого и второго ребенка вырастет на 7,1% и составит 12 тысяч рублей вместо нынешних 11,2 тысячи рублей, порадовал Минтруд. Как подсчитали в ведомстве, таким образом семья при рождении первого или второго ребенка получит поддержку в размере порядка 430 тысяч рублей за три года.

Впрочем, если переводить в цифры, то «прибавка» эта небольшая. Всего 800 рублей. Учитывая, какие сейчас цены, на эти деньги можно купить либо два-три хлопчатобумажных комбинезона для ребенка до года или пол упаковки качественных подгузников.

При этом другими своими шагами чиновники пытаются лишить матерей тех пособий, которые они сейчас получают. Выплаты от государства при рождении ребенка разделяют на пособия до 1,5 лет и после 1,5 до 3 лет.

Самые высокие суммы пособий государство отчисляет до полутора лет ребенка.

В частности, до достижения этого возраста мама может рассчитывать на пособие в размере 40% от среднего заработка за последние два года. Максимум в 2020 году оно составит 27 984 рублей. Это «потолок». Больше его получить женщина не может, несмотря на высокие заработки.

Если к моменту выхода в декрет мама не работает, то пособие платит государство. В 2020 году минимальный размер выплат на первого ребенка оно составит 4 852 рубля, на второго и последующего – 6 554 рубля.

Также есть и целый ряд единовременных пособий. Большинство из них незначительные, например, 600 рублей за постановку в консультацию на учет до 12 недель. До 30 лет в Москве, например, платят родителям также доплаты — около 60 тысяч рублей.

Самое большое пособие – это декретные выплаты. Максимальный их размер в 2020 году – 322 191 рублей. Но чтобы получить их, женщина должна зарабатывать около 60 тысяч рублей в месяц и отчислять налоги.

Минимальные декретные выплаты составят сильно меньше — около 52 тысяч рублей. Однако, несмотря на, казалось бы, высокие выплаты, очень мало кто из матерей их на практике получает.

«В России не по всем специальностям можно устроиться на официальную работу. Многие стараются оформить сотрудников с минимальным официальным заработком на уровне МРОТ, так что на максимальные декретные можно не рассчитывать. К тому же работодателям в России вообще не нравятся беременные сотрудники. Так что они при собеседовании стараются оформить женщин неофициально, чтобы потом не мучиться с декретными. Бывает и «доведение» до увольнения беременной. У меня так было, и в этой ситуации проще было положиться на мужа и потом найти подработки, чем потом судиться с работодателем», — делится с «Газетой.Ru» одна из матерей в декрете.

Маргарита, которая была в декрете в 2014 году, вспоминает, что поскольку она официально не работала на момент рождения ребенка, то до 1,5 лет ей государство платило всего 2 700 рублей. Устроиться на работу, будучи беременной, было невозможно: никто не берет. С мужем были сложные отношения.

«Ни на что особо не хватало то, что платило государство. Раз в месяц на эти деньги ходила в магазин и покупала еду, которую сама хотела. В остальное время приходилось есть то, что покупали родственники или муж. Также хватало денег от государства, чтобы частично оплатить покупку памперсов и салфеток», — рассказывает она.

Так, учитывая, что пачка подгузников (72 штуки) стоит в среднем около 1000 рублей, на эту сумму можно купить по нынешним ценам почти 3 пачки, да и то, если приобретать на распродаже.

По данным свежего опроса ВЦИОМ, лишь 27% россиян считают меры поддержки до 1,5 лет эффективными, в то время как больше половины опрошенных ратуют за повышение количества льгот. При этом около 52% респондентов отмечают, что только на выплаты от государства без дополнительного заработка прожить матери и малолетнему ребенку крайне сложно.

Однако чиновники, видимо, так не считают. Судя по последним инициативам, они и эти пособия не хотят выплачивать. Или по крайней мере надеются сократить число-адресатов.

Так, недавно Минтруд предложил платить пособие до 1,5 лет только тем родителям, которые действительно сидят с малышом, а не просят присмотреть за детьми своих родственников.

Министерство уже подготовило соответствующий законопроект об изменении условий поддержки тем, кто лишь формально ухаживает за своими детьми до полутора лет. С документом можно ознакомиться на портале правовой информации.

Как пояснили в Минтруде, если опекун при неполном рабочем дне проводит на работе больше времени, чем с ребенком, то деньги по уходу за малышом не должны поступать ему на карту ежемесячно.

На данный момент по закону выплата пособия не прекращается, если его получатель, находясь в отпуске по уходу за ребенком, работает неполный рабочий день. Деньги продолжают поступать даже в том случае, если мать, отец или опекун фактически работают полный день.

При этом с 1,5 до трех лет пособия вообще мизерные. «Позорные» 50 рублей, как называли их сами чиновники. Большинство матерей не получают их: просто нет смысла, больше потратишь на проездной, чтобы оформить выплату.

Со следующего года семьям с 1,5 до 3 лет пересмотрен «размер» поддержки.

Тем, у кого родился первый и второй ребенок, выплачивается ежемесячное пособие в размере прожиточного минимума. Его величина разнится в зависимости от региона проживания, однако в среднем по стране составляет около 12 тысяч рублей.

Правда, платят его только тем семьям, где уровень дохода превышает два прожиточных минимума. Таким образом, если мать не работает, то, чтобы получить пособие, доход отца-кормильца семьи должен составлять меньше 45 тысяч в месяц.

И эти выплаты получить могут только самые настойчивые. Чтобы попасть под категорию малоимущих, нужно пройти преодолеть целый ряд бюрократических барьеров. Так, выплату почему-то невозможно оформить через сайт «Госуслуг» и нужно обивать пороги лично, что для молодой матери очень сложно.

Дополнительные меры поддержки в России предусмотрены для многодетных матерей и матерей-одиночек.

Например, женщины, у которых трое детей и больше, имеют право на бесплатный проезд (одному из родителей) и питание детей в школе. Оплата садика происходит в размере 70% от установленной цены. По удостоверению многодетной делают скидки в некоторых кинотеатрах, в большинстве детских развлекательных центров, также бесплатный вход в музеи и зоопарк. Есть льготы, связанные с молочной кухней.

Однако не все этим пользуются. Дело в том, что льготы нужно пробивать, а многим матерям, с учетом недостатка времени и сил, легче его потратить на то, чтобы заработать лишнюю копейку.

Впечатлениями с корреспондентом «Газеты.Ru» поделилась многодетная работающая мать в разводе Екатерина, 32 лет.

«В Московской области есть льготы до трех лет на бесплатное питание на молочной кухне, однако в отличие от столицы тот набор, который выдают в области, сильно хуже. С первым ребенком я жила в Нижегородской области, и тогда в регионе мне предлагали «монетизировать» льготы по молочной кухне и получить денежную компенсацию, но было очень сложно собирать документы, так что я даже не стала связываться, легче было попытаться заработать дополнительные деньги», — рассказывает она.

У многодетной матери есть компенсация за покупку школьной формы – это около трех тысяч на одного ребенка. Их можно получить раз в год. Однако о них Екатерина знает только в теории.

«У меня дважды был конфликт на этой почве — мне школа давала одну справку, а в соцзащите требовали другую установленного образца. Это казалось странным, учитывая, что в районе, где я живу, школа одна, многодетных много. Неужели они не знают, какие справки выдавать? Или так специально делают? Учитывая, что все эти справки еще и нужно было возить «за тридевять земель», а я работаю, то просто не хочется связываться», — делится она.

Мать-одиночка Алена, 34-х лет из Подмосковья, рассказывает, что единственная льгота, которой она на данный момент пользуется, — это бесплатные обеды в школе для ребенка.

«Однако кормят там так, что в любом случае приходиться тратиться на питание вне школы», — рассказывает она.

Между тем статус матери-одиночки дает возможность получить льготы на коммуналку, двойной налоговый вычет по доходам. Также можно записать в сад вне очереди, послабления в работе. В Москве действует региональная прибавка: для одиноких детей до трех лет составляют до 15 тысяч рублей, от 3 до 18 лет – 6 тысяч рублей.

«Я живу в Подмосковье, но, несмотря на официальный статус матери-одиночки, никакой первоочередности по очереди в сад точно не было. Пришлось воевать, чтобы записать ребенка. А вообще из-за тысячи рублей с хвостом в Подмосковье бегать по инстанциям — больше на транспорт потратишь», — рассказывает Алена.

Неплохие выплаты действуют в Москве для матерей, которые воспитывают детей и получают пенсию по потере кормильца.

Как поделилась с «Газетой.Ru» 30-летняя Мария, ей положена пенсия по потере кормильца и на ребенка (до достижении им 14 лет) и на себя, поскольку числится безработной. Сумма эта, с учетом почти 13 тысяч рублей на одного человека, которые выделяются из бюджета Москвы, немаленькая. Общая пенсия на ребенка и на мать составляет по 19 500 рублей на каждого. То есть 39 тысяч рублей.

«Однако меня сразу предупредили, что если вдруг какие-то заработки, о которых я не сообщу, то пенсию эту не только отнимут, но и заставят вернуть то, что было уже начислено. Также грозились штрафами», — говорит Мария.

Добавить комментарий