Примеры истероидного типа личности

Здравствуйте, дорогие=). Начнем разбирать акцентуации и думать, как они влияют на наш стиль. Я предлагаю сначала обсуждать психологический портрет человека с определенной акцентуацией, а потом уже делать стилистический разбор. Это мне кажется более продуктивным, потому что как и любые типологии личности акцентуации не так — то легки в понимании, и явно что-то интересное и полезное всплывет в осбуждении. Поэтому было бы неплохо, если бы вы делились своими личными мыслями и примерами. Я так и буду делать. Мои замечания будут курсивом, что правда обеспечит многобуков. На наши впечатления по — любому влияют наши собственные акцентуации, собственно и у самого Пономаренко четко прослеживаются его личные пристрастия в книге. Поэтому я сразу оговорю, что мои акцентуации идут таким образом : гипертим, эмотив, шизоид (сильные), истероид, паранояльный (средние, ни в минус, ни в плюс), эпилептоидный и тревожный — слабые.
Итак, сегодня поговорим о первой из акцентуаций — истероидной.

В основе истероидной акцентуации по Пономаренко лежит нервная система, неспособная выдерживать напряжение долгое время, при этом с хорошей переключаемостью. В поведении это проявляется в том, что человек не может долго и глубоко погружаться в какую-либо деятельность — нервная система испытывает перегрузки. В результате в деятельности получается некоторое хватание по верхам, схватывание общего образа.
Кроме этого, интересна самооценка истероида. У этого типа личности хорошее умение себя подать (!) (в книге это достаточно понятно объяснено — проигрывая более усидчивым типам нужно уметь разрекламировать то, что можешь делать ты). К сожалению, поскольку многие истероиды глубоко не погружаются, созданного образа им вполне хватает , чтобы считать себя супер важным и супер успешным. Однако реальные результаты их работы могут создавать им конфликт самооценки, показывая, что все далеко не так гладко, как хотелось бы. Этот конфликт решается определенным способом — из сознания вытесняются нелицеприятные факты. Человек заменяет реальность своим собственным вымыслом, в который практически сам верит. (ну например посредственный артист может действительно верить, что он гениальный)
Во внешнем виде истероид довольно сложен, несмотря на заявления Пономаренко, что его легко отличить. Мотивация истероида во внешнем виде — быть привлекательным для своего окружения. И тут много переменных. Во — первых, что для данного истероида «привлекательность», и что такое «данное окружение». В двух словах истероид — это тот кто формирует некий образ «типичного представителя» какого -то круга, и стремится выглядеть одним из лучших представителей этого круга. (и внешне, и в поверхностном поведении).
(Пример из моего опыта — представьте русскую даму, вышедшую замуж за восточного мужчину (не из СНГ), ну например, араба, курда, турка и пытающаяся впечатлить мужа и влиться в культуру. Примеров поверхностного схватывания культуры я видела к сожалению очень много — когда внешний вид говорит про одно, а внутреннее наполнение про другое. Ну например, есть дамы, которые сразу стремятся поменять религию (собственно они и христианками не были и мусульманками не стали, да и собственно чтобы влиться, дело вообще не в религии, а скорее в менталитете), стремятся покрыться, создают внешний образ религиозной женщины. А внутри может быть все, что угодно — хоть прапорщик, и это хорошо заметно, как только общение станет чуть ближе. Для справедливости есть и мужчины под стать =) Но начала я с такого примера, чтобы показать, что истероид может вполне выглядеть «неброско»,если того требует социальное окружение. В религиозном мире любой конфессии истероидов тоже достаточно. Такой истероид будет формально знать слова молитв, скромно одеваться (чтобы производить благоприятное впечатление) , но ничего не знать о самой сути религии, о морали и этике.
Например, встречалась мне женщина -истероид, которая крала из этого сообщества статьи и выставляла их под своим именем на православном сайте. Ее страницы в соцсетях пестрели цитатами из Библии. Но при этом человек же воровал, не надо быть вообще религиозным, чтобы знать, что воровать «не хорошо». Мало того, когда я ее в этом уличила, она сыграла дурочку и сказала, что нет, вообще ничего не воровала, а то,что там все абзац — в абзац — это совпадение (вот оно странное вытеснение реальных фактов из мозга истероида )
Или другой пример — представьте «типичного» консультанта по стилю\цвету в большом городе, встречающегося с клиентом. как думаете, как он должен выглядеть? Если вы истероид, ваши рассуждения будут примерно такими: он будет учитывать «общий образ» (профессия творческая — скорее что-то необычное , но чтобы не шокировать, негатива истероид не любит, при этом так чтобы было «модно» — чтобы людям нравилось и они одобрительно кивали \ восхищались) — ну то есть надо выглядеть хорошим представителем своей профессии. При этом если истероид — это единственная сильно проявленная акцентуация, на гармонию (удел эмотива) и детализацию (удел эпилептоида) внимания обращаться не будет — будет важен лишь образ.)
Например, недавно мне довелось наблюдать работу одного консультанта — стилиста с цветом. Дама очевидно была либо новичком, либо человеком, которому ничего в принципе не заходит, вне зависимости от количества опыта. работала она очень медленно, было заметно,что не знает теорию цвета и драпировки для нее — это не инструмент работы , а что-то вроде реквизита. Показательно истероидной, однако, была манера подачи — очень уверенная, немного сверху — вниз. Хотя по смыслу там было явное незнание самых простых азов. Вид тоже был истероидный, но чтобы это понять — дьявол кроется в деталях (истероиды мимикрируют подо что угодно)=) Она была в светлых штанах, светлом свитере, с распущенными волосами средней длины, слегка взъерошенными, крашеными в платиновый блонд с большой красной сумкой. У той дамы истероида — брюки были скинни, свитер оверсайз (ей не шло, но так «модно»), равно как и платиновый цвет волос ей не шел заметно, хотя и выделял, но в нехорошем смысле (с моей точки зрения эмотива). Волосы были взъерошены специально — «художественный беспорядок», тоже кстати не ложившийся в гармонию ее типажа внешности в отличие от волос, например, шизоида, который это просто не отследит, или эмотива, который постарается сделать нечто приятное глазу.
Чтобы далеко не ходить за примерами, еще расскажу о примерах истероидов из сферы стиля. Вообще стилистика — золотое дно для истероидов. Что и хорошо, и плохо. Никто лучше истероида не может создать образ (!). Имиджмейкер — работа именно истероида. Все программы типа «модного приговора» — пример работы неразвитого истероидного радикала — когда дается пустая оболочка. Однако, истероид при хорошем наполнении личности может как раз играть очень хорошую роль, если создает обертку не на пустом месте, а помогает преподнести уже нечто, наполненное содержанием. Из развитых истероидов получаются хорошие стилисты в плане создания образов для фотосессий, актеры, рекламщики. Стилист же работа не только для истероида (истероид будет создавать образ), а например еще и для эмотива (эмотив будет гармонизировать внешний вид).
Так вот о примерах. Одно время в сети была популярна одна дама — стилист — типичнейший истероид. Без имен, кто узнал, тот узнал, мне сейчас не назвать важно, а показать типичного представителя акцентуации, когда ничего к ней не добавляется . Даме этой мы обязаны идеей «у нее оленьи глаза — значит она лето». Это хороший пример неглубокого погружения=\ А дальше посмотрим на «создание своего образа» — например ее письменная речь изобиловала ненужными английскими вставками (это чтобы никто не забыл, что дама уехала в США, и больше не живет в маленьком городке России=)) , или, что более показательно, реакции этой дамы, когда она пыталась объяснить свои «светлые идеи»=) — «этому невозможно научить, это нужно прочувствовать, это приходит с годами обучения у великих учителей». Не скажу, что это прямая цитата, но смысл таков — т.е. подача себя несколько сверху вниз, пыль в глаза. Ну действительно «хрен знает, мне так кажется просто, а знаний объяснить почему я так считаю, мне не хватает» — как-то не очень звучит=)
Про внешний вид истероида Пономаренко как раз пишет, что истероид очень хорошо мимикрирует под нужную социальную группу, чтобы расположить их к себе. Еще он подчеркивает, что именно истероид чаще всего меняет свой внешний вид (поскольку мода меняется, окружение меняется, условия меняются, истероид за этим следует). Поэтому постоянная покупка туфлей, платьев итд — это тоже от истероида.
Однако, я не соглашусь с Пономаренко, что о внешности заботится лишь истероид. Тем же занимается еще эмотив, но из других побуждений. Да и обладатели любых акцентуаций в общем-то что-то думают о своей внешности и оформляют ее в соответствии со своими целями. Шизоид тоже вполне может интересно одеваться, правда наряждаться будет «в себя». , а не «в леди», «в роковую женщину», «в эльфа» итд.
Интересное наблюдение у Пономаренко есть относительно того, что истероид меняет и свое поведение, и личность в зависмости от ситуации — он подстраивается. Идеи, что одежда определяет характер — это идеи истероида по большей части. (в духе «вот наденешь костюм и будешь серьезнее»). идея, что можно спрятать свою личность — тоже идея истероида. Мне среди клиентов в обсуждении стиля как способа выразить себя, встречались люди, которые говорили «пффф ну что значит найти свою индивидуальность — я легко могу быть кем захочу». Хотя конечно всегда видно, где человек настоящий, а где что-то не то, но истероид-то этого не видит — он верит, что правда поменялся кардинально. тем не менее, идея «я могу быть кем хочу, сегодня монахиней, завтра путаной — идея истероида» пономаренко, на мой взгляд, не прав, когда пишет, что у истероида внутри пусто. Внутри ни у кого не пусто — некоторые истероиды просто себя настоящего не видят за многочисленными масками.
NB — тут однако стоит помнить, что у нас у всех личности довольно многогранны, и разные грани прояввляются в разное время, бывает настроение «монахини» и настроение «путаны», но всегда эти настроения объединяются определенным «почерком», внутренней сутью данного человека. Получится именно определенная монахиня, так сказать, и определенная путана=) у которых будет много общего=) А истероидность — это про абсолютно разные роли, не объединенные ничем общим на глубинном плане. Некоторые истероиды могут в течение 10 минут поменять мнение и отношение к чему-то на кардинально противоположное.
У некоторых истероидов как способо преподнести себя добавляется манерность — но это не у всех.,а именно у тех, для кого желаемый круг — это » аристократия». еще из личного опыта — имела неудовольствие общаться с одной дамой — опять же стилистом, которая строила из себя леди из высшего общества, при этом даже оскорбляя некоторых «бедных» клиентов, а в перерывах между ними ела доширак =\.
Из более близких примеров — истероиды встречаются не только в творческих профессиях конечно же. Приведу абсолютно простой пример. Есть у меня одна знакомая. Детьми не занимается, мужем тоже не занималась, со старой матерью месяцами не разговаривает, хотя сейчас живет на ее деньги несколько лет. занималась зато построением картинки «себя хорошей женщины» — могла бросить трехлетнего ребенка одного и шла заниматься с анонимными алкоголиками (никто из них так и не вылечился конечно же), у детей обламывала все мотивации на корню, мужа оскорбляла и унижала (он шизоид, не дотягивал до ее истероидного представления об идеальном муже=)). в результате муж бросил, дети все кроме одной (тоже истероида) с ней не близки. какой вывод делает эта дама? праавильно — что все свиньи неблагодарные, все мужики такие, и она мать, которая положила свою жизнь на воспитание детей, а они не оценили. =) да и вообще во всех ее проблемах виновата ее мать, которая сейчас ее безработную кормит несколько лет на свою пенсию =)) (тетке лет немало, 40+ =), про свою личную ответственность мыслей у нее нет). конечно же каждое воскресенье ходит в церковь и считает себя человеком благочестивым и помогающим другим=) Вот таких истероидов довольно много можно наблюдать.
Однако, несмотря на то, что Пономаренко от истероидов явно не в восторге сам, да и мне положительные примеры встречались нечасто, все равно хочу закончить на позитиве, еще раз напомню, что в своем лучшем развитии истероид
— прекрасно создает образы что делает его
— хорошим актером
— хорошим рекламщиком
— хорошим стилистом — имиджмейкером для определенных целей
И еще про неглубокое погружение — Про это пономаренко пишет — в некоторых вещах глубокое погружение не полезно — меньше знаешь — лучше спишь.
И если у человека очень слаба истероидная акцентуация — у него проблемы с самопрезентацией.
Опять же из личного опыта — как-то одна подруга показала мне защиту их проекта в институте. Парень — истероид производил впечатление разбирающегося в деле (для меня, очень далекой от программирования), а вот одна девушка была ну совсем незапоминающейся, кроме того, что ей неловко выступать на камеру, ничего не запомнилось. А на деле девушка в теме разбиралась, а парень не очень=) Но человеку совсем не в теме (как я) это может быть не видно. Поэтому даже человеку 7 пядей во лбу не повредит умение истероида делать самопрезентацию =)
А вас, дорогие читатели прошу поделиться примерами истероидов из вашего личного опыта. если найдете позитивные — это будет прекрасно вдвойне=)
Использованная литература:
Пономаренко В. Практическая характерология

Общая характеристика

Внутренним условием формирования тревожного радикала является слабая и, судя по всему, малоподвижная нервная система. Можно сказать относительно твердо: нервная система, не способная в течение длительного времени выдерживать процесс возбуждения, обусловливает, во-первых, реализацию в случае опасности состояния «мнимой смерти», во-вторых, низкий порог возникновения тревожных реакций.

Напомню, что под «мнимой смертью» мы понимаем быстро развивающееся, непроизвольное угасание у животного и человека психической и физической активности в ситуации сильного стресса. Если бы этот процесс происходил под контролем психики, сознания, можно было бы сказать, будто живое существо надеется, что опасность пройдет мимо, что ее источник (хищник, агрессор) не станет связываться с «мертвецом».

Надежды, как осознанного переживания, здесь нет, но объективный шанс выжить – есть. Возникновение этого состояния имеет вполне определенный адаптационный смысл. Природные пищевые пирамиды очень рационально устроены. В частности, многие плотоядные животные приспособились питаться мертвечиной. Для этого в их организме присутствуют ферменты, мгновенно расщепляющие трупный яд – одно из самых токсичных соединений в мире – на вполне безобидные химические вещества.

В организме хищников, питающихся живой добычей, таких ферментов нет. Поэтому их попытка отведать падали приведет к неминуемой гибели в результате отравления. Вот они и проходят мимо животных, которых принимают за трупы, – не из благородства или высокомерия, как можно было бы подумать, а из инстинктивного опасения за собственную жизнь.

В поведении человека «мнимая смерть», так сказать, во всей красе – явление редкое. Значительно чаще наблюдаются различные формы частичного оцепенения, частичного паралича воли, вялость и рассеянность, неспособность собраться с мыслями в минуту опасности и т.п. Все это – поведенческие феномены, свойственные тревожным натурам.

Мы уже говорили с вами, уважаемые читатели, о том, что страх (тревога) является важным средством раннего предупреждения об опасности. Однако низкий порог возникновения тревожных реакций приводит к тому, что человек начинает бояться любых – самых незначительных – изменений обстановки. Он вообще опасается новизны, что оказывает наиболее существенное влияние на стиль его поведения.

Внешний вид

Специфического «тревожного» телосложения не существует – одним психодиагностическим признаком, к сожалению, меньше. В оформлении внешности тревожные (т.е. обладатели выраженного тревожного радикала) являются антиподами истероидов. Если последние из кожи вон лезут, чтобы стать центром всеобщего внимания, выделиться на общем фоне, то тревожные прячутся от людских глаз, стараются всеми силами слиться с этим самым фоном.

Помните, мы говорили, что истероида нельзя не обнаружить на общей фотографии – настолько он ярок и контрастен по отношению к окружающим. Так вот, характеризуя с этой точки зрения тревожного, мы уберем из фразы частицу «не». Обнаружить его нельзя. Во всяком случае, очень трудно. Истероиды на групповой фотографии располагаются в центре, тревожные – рассеяны по периферии.

Тревожные выбирают одежду темных тонов, неброских, «стертых» цветов: серого, черного, темно-коричневого, темно-синего. Предпочитают монохромность (одноцветие) костюма. Украшений (речь в данном случае, прежде всего, идет о женщинах) не любят, макияжа стесняются, но боятся отказаться от них совсем, поскольку в этом случае рискуют выделиться из общей массы, погрешив против принятых норм поведения.

Ходят тревожные всегда в одной и той же одежде. Они прикипают душой к вещам и стараются как можно дольше сохранять их в целости. Обращаются с одеждой бережно, аккуратно. Не скупость, а боязнь столкнуться с проблемой перемены гардероба, с необходимостью приобрести и начать носить что-то новое лежит в основе подобного поведения.

Когда, несмотря на все их старания, вещи ветшают и окончательно теряют свою потребительскую ценность, тревожные – после мучительных колебаний, покоряясь неизбежности – идут в магазин и покупают (с третьей или четвертой попытки)… абсолютный аналог утраченной вещи. То же самое, но в обновленном варианте. Таким образом, приобрести обновку для тревожных – проблема, появиться в ней на людях – подвиг. Те из окружающих, кто не понимают этого или не принимают во внимание, рискуют в своих попытках «улучшить внешность» тревожного столкнуться с его сопротивлением. Причем не с явным протестом, а со скрытым, завуалированным саботажем.

«…Отказаться от наряжения, которое предлагали ей, повело бы к продолжительным шуткам и настаиваниям. Она вспыхнула, прекрасные глаза ее потухли, лицо ее покрылось пятнами, и с тем некрасивым выражением жертвы, чаще всего останавливающемся на ее лице, она отдалась во власть m-lle Bourienne и Лизы… После двух или трех перемен, которым покорно подчинялась княжна Марья, в ту минуту, как она была зачесана кверху… в голубом шарфе и масака нарядном платье, маленькая княгиня раза два обошла кругом нее, маленькой ручкой оправила тут складку платья, там подернула шарф и посмотрела, склонив голову, то с той, то с другой стороны.

– Нет, это нельзя, – сказала она решительно, всплеснув руками. – Нет, Мари, решительно это не идет к вам. Я вас лучше люблю в вашем сереньком ежедневном платьице» (Л.Н. Толстой. Война и мир).

Одним из самых неприятных происшествий, способных привести к дезорганизации поведения («мнимой смерти») тревожного, является ситуация, когда что-то случается с вещами, к которым он привык, и/или заранее, по его обыкновению, приготовил для того, чтобы надеть на себя. Например, если близкую его телу рубашку нечаянно прожгли утюгом, испачкали, взяли без спроса… Тревожный начинает хаотически метаться по помещению и подвывать, заламывая руки. Затем – падает, обессилев. А где-то, в пяти трамвайных остановках отсюда, медленно разгорается рабочий день, начинается репетиция концерта симфонической музыки, интересное кино, встреча с популярным писателем или мастер-класс психолога-практика. И все это – без него.

В голову тревожному при этом не приходит, что в гардеробе, если поискать хорошенько, можно найти неплохую замену утраченной вещи. Как же, ведь он настроился, он психологически подготовился к этому предмету туалета, а не к другому! Тревога, охватившая его, парализует ум, расстраивает чувства, обезоруживает волю… Интересно, что когда истероид сталкивается с человеком, одетым в одинаковое с ним платье, он сильно расстраивается. Тревожный в подобной ситуации успокаивается: есть с кем разделить ответственность за выбранный наряд.

Оформление пространства

Та же тенденция беречь привычные вещи, сохранять их неизменное месторасположение, с большим трудом и внутренней борьбой приобретать что-то новое (но ни в коем случае не выбивающееся из установленного неброского имиджа!) прослеживается и в оформлении пространства.

Место, где обитает человек, наделенный тревожным радикалом, узнаешь сразу: там все чистенько, опрятно, нет ничего лишнего, немногочисленные предметы строго на своих местах. Именно немногочисленные. У эпилептоидов тоже все аккуратно, но они смело оперируют большим числом предметов, разнообразных вещей, без конца классифицируя их, сортируя, раскладывая по полочкам. Когда собственных полочек эпилептоиду уже не хватает, он протягивает руки к чужим, осуществляя вынужденную (сами ведь не могут навести порядок!) экспансию. Эпилептоид расширяет границы занимаемого им пространства, тревожный – суживает до «прожиточного минимума». Эпилептоид постоянно покушается на сферу компетенции других, тревожный рад бы отказаться от части своей, лишь бы его оставили в покое. В этом принципиальное отличие указанных радикалов.

Пространство тревожных не похоже также и на пространство истероидов. И не только тем, что у истероидов все предметы в интерьере яркие, цветастые, запоминающиеся, а у тревожных – блеклые, темные, нарочито заурядные.

Истероиды персонифицируют свое пространство, четко обозначают, кто в нем обитает, кто осчастливил его своим присутствием: повсюду их фотографические и живописные портреты, именные кубки и салатницы, грамоты, открытки, книги с дарственными надписями, типа: «Дорогому Петру Петровичу в день девяностопятилетия от коллектива районной погребальной конторы. Ждем и надеемся!» Тревожные, напротив, избегают подобной самопрезентации. Их пространство безлико, оно словно никому конкретно не принадлежит.

Мимика и жесты

Мимика и жестикуляция тревожных весьма сдержанны, нередко как бы вообще отсутствуют. Их движения настолько невыразительны, что их трудно разглядеть, а тем более запомнить. Они все время «сидят на краешке стула», боясь привлечь к себе излишнее внимание. Можно находиться с тревожным в одной комнате и не чувствовать, что он рядом. Не потому, что человек будет специально прятаться, скрываться. В том-то и дело, что он просто будет вести себя, как всегда – тихо и незаметно, что естественно для него.

Единственное, что более или менее отчетливо отражается на лицах тревожных, – это разнообразные оттенки страха (при длительном стрессе – хронического). Вспомните, у Толстого: «Княжна Марья возвратилась в свою комнату с грустным, испуганным выражением, которое редко покидало ее и делало ее болезненное, некрасивое лицо еще более некрасивым».

Тревожные разговаривают обычно мало, негромко, их голос монотонный, слабо модулированный.

Особенности поведения

Тревожный радикал наделяет своего обладателя боязливостью, неспособностью на решительный шаг, склонностью к сомнениям и колебаниям во всех жизненных ситуациях, мало-мальски отличающихся от привычной. Говорят: семь раз отмерь, один – отрежь. Тревожный семьдесят семь раз отмерит, и после этого все еще будет пребывать в раздумьях: стоит ли отрезать?

Тревожный человек, говоря словами Чехова (рассказ «Припадок»), «сторожит каждый свой шаг и каждое свое слово, мнителен, осторожен и малейший пустяк готов возводить на степень вопроса».

Есть ли в этой совокупности родственных качеств социально позитивный смысл? Безусловно, есть. Как есть смысл, например, в автомобильном тормозе. Попробуйте-ка обойтись без него – разобьетесь!

По сути, проявляя присущую ему осторожность, тревожный требует от любого, кто стремится к новизне, к внедрению новых условий и правил жизни, по-настоящему убедительных доказательств объективной необходимости перемен, продуманности, взвешенности вносимых предложений.

Препятствуя нововведениям, тревожные ревностно хранят традиции – и производственные, и бытовые, и мировоззренческие. По их мнению, вообще ничего в мире не нужно менять. Тревожные – истинные консерваторы.

В деятельности тревожные исполнительны, пунктуальны, организованны, потому что страшатся, не выполнив задания в установленный срок, оказаться в нестабильной, непредсказуемой ситуации. И прежде чем взяться за работу, они пытаются минимизировать степень своей ответственности, для чего добиваются от руководителя четкой постановки задачи, подробных инструкций «на все случаи жизни».

Тревожные постепенно «врастают» в порученное им дело, в избранную профессию, с каждым годом осваивая ее все прочнее и детальнее. Кроме того, им психологически комфортно приходить каждый раз в один и тот же кабинет, садиться за один и тот же рабочий стол. Поэтому они не изменяют своему поприщу – служат верно и долго. Это именно тревожные отмечают сорока-, пятидесятилетия работы на одном месте, на одном предприятии (нередко в одной и той же должности).

Тревожным в тягость осуществление руководящих функций, поэтому часто, будучи хорошими, опытными профессионалами, они категорически отказываются от предложений занять должность начальника, пусть даже самого маленького.

В общении с окружающими тревожные также проявляют избирательность и постоянство. Они долго присматриваются к человеку, прежде чем пойти на постепенное сокращение межличностной дистанции. Но тем, кого они «подпустили поближе», к кому привыкли, тревожные остаются преданными на долгие-долгие годы, нередко – на всю жизнь. Их круг общения, таким образом, очень узок и состоит из одного, двух, трех – не больше, друзей детства.

Важно понимать, что наличие тревожного радикала не делает общение более доброжелательным, гармоничным, сердечным. Тревожные вовсе не добры, не приветливы, не деликатны. Они лишь предпочитают держаться на расстоянии и помалкивать, когда их не спрашивают.

Значимым с психодиагностической точки зрения является контраст поведения тревожных в привычном (хорошо знакомом, проверенном, предсказуемом) и в новом для них окружении. Тревожная тенденция имеет свойство несколько угасать, отступать на задний план, когда ее обладатель находится среди друзей. И тогда другие радикалы, составляющие реальный характер, выходят вперед, формируя стиль поведения. Вам, уважаемые читатели, наверняка не раз приходилось видеть и неутомимого спорщика, и самовлюбленного хвастунишку, и пышущего злобой клеветника, распространяющего сплетни, и поэта, декламирующего свои стихи, и остроумного рассказчика, которые… мгновенно умолкали, прятались, как улитка в раковину, стоило только в привычной для них компании мелькнуть незнакомому лицу.

Посильные задачи

Вы будете удивлены, дорогие читатели, но диапазон задач, с которыми способен, в принципе, справиться тревожный, не так уж и узок.

Тревожного можно научить выполнять многие виды работ, в том числе довольно рискованных, объективно опасных. Но при одном непременном условии: учить его надо будет долго, постепенно, «шаг за шагом», причем шаги эти должны быть очень маленькими, осторожными. Не дай Бог – испугается! Словом, чтобы добиться от тревожного умения прыгать с парашютом, начинать прыжки надо с детской скамеечки – не выше.

Тревожный должен привыкнуть ко всему тому, что, не спросив его разрешения, ему навязала жизнь. Появится привычка – тревога несколько отступит. Нередки ситуации, когда тревожный вначале яростно сопротивляется переменам, а затем, приспособившись, не менее яростно возражает против попыток вернуться к старому.

Лучше всего, комфортнее, он чувствует себя, разумеется, выполняя рутинную, монотонную работу. Хуже всего он справляется с работой, предполагающей публичность, частую смену рода занятий, необходимость принимать самостоятельные решения, особенно не имея времени на их подготовку и осмысление, – смело, экспромтом, на свой страх и риск.

Особенности построения коммуникации

Грубыми коммуникативными ошибками в отношении тревожного будет:

– озадачить его и оставить без моральной и информационной поддержки, один на один с непредсказуемо развивающимися событиями;

– поставить его в условия, требующие быстрого принятия решения (независимо от степени сложности решаемого вопроса);

– отказаться от ранее достигнутых договоренностей, резко изменить согласованные с ним правила коммуникации, пусть даже очевидно для пользы дела.

Во всех этих случаях он будет испытывать сильный психологический дискомфорт, приостановит свою активность («мнимая смерть»), а вас запишет в «непредсказуемые», что в устах тревожного является наихудшей оценкой человека. Возобновить с ним контакты после этого будет крайне сложно.

Общаясь с тревожным, следует избегать проявлений, прежде всего, истероидности и гипертимности.

Тревожный, опасаясь негативных для себя последствий, интуитивно сторонится и не одобряет поведения людей, жаждущих публичного признания («Выскочка, – думает он про таких неприязненно, – болтает, обещает… еще беду накличет»), а также готовых пуститься на любую авантюру. Тревожные ценят в людях последовательность, постоянство, скромность, отсутствие амбиций и планов переустройства мира (из-за этого, как вы понимаете, достается от них и параноидам).

Испытывая нечто вроде благодарности к эпилептоидам за их настойчивость в установлении и поддержании строгого порядка, тревожные, тем не менее, боятся эпилептоидной грубости и излишней требовательности. Часто вместо покорности, повиновения и исполнительности, к которой склонны, они обнаруживают в ситуации прямого контакта с обладателями этого мизантропического радикала все ту же несостоятельность, впадая в «мнимую смерть».

«Утром, по обыкновению, княжна Марья … входила для утреннего приветствия в официантскую и со страхом крестилась и читала внутренне молитву. Каждый день она входила и каждый день молилась о том, чтобы это ежедневное свидание (с отцом – В.П.) сошло благополучно.

…Княжна испуганно взглядывала на близко от нее блестящие глаза отца; красные пятна переливались по ее лицу, и видно было, что она ничего не понимает и так боится, что страх помешает ей понять все дальнейшие толкования отца, как бы ясны они ни были … каждый день повторялось одно и то же: у княжны мутилось в глазах, она ничего не видела, не слышала, только чувствовала подле себя сухое лицо строгого отца, чувствовала его дыхание и запах, и только думала о том, как бы ей уйти поскорее из кабинета и у себя на просторе понять задачу…

…Княжна взглянула на часы и, заметив, что она уже пять минут пропустила то время, которое должна была употреблять для игры на клавикордах, с испуганным видом пошла в диванную. Между 12 и 2 часами, сообразно с заведенным порядком дня, князь отдыхал, а княжна играла на клавикордах» (Л.Н. Толстой. Война и мир).

И все же, выходит, что взаимоотношения с эпилептоидами из всех возможных вариантов тревожных устраивают больше всего. Доказательством может служить (помимо жизненного опыта, разумеется) следующий фрагмент диалога княжны Марьи и ее брата – князя Андрея:

«– Ну, а по правде, Marie, тебе, я думаю, тяжело бывает иногда от характера отца? – вдруг спросил князь Андрей.

Княжна Марья сначала удивилась, потом испугалась этого вопроса.

– Мне?.. Мне? Мне тяжело?! – сказала она. – …Я так довольна и счастлива с ним! Я только желала бы, чтобы вы все были счастливы, как я» (Л.Н. Толстой. Война и мир).

Этап введения в методику «семи радикалов» завершен. Мы достаточно подробно и близко познакомились с каждым из радикалов, узнали и запомнили их характерные внешние проявления, а также иные присущие им качества поведения. Образно говоря, мы научились читать буквы. Настало время перейти к словам.

Мы обязательно сделаем это, но прежде еще раз очертим поведенческие тенденции, сопряженные с известными нам теперь радикалами:

§ Истероидная тенденция заключается, прежде всего, в создании и презентации широкой общественности иллюзорно благополучной модели мира, в которой центральное место занимает собственное «Я» истероида.

§ Эпилептоидная тенденция – стремление контролировать информационные потоки (предметы и людей), подавление потенциальной угрозы (опасности) за счет установления жесткого, авторитарного формального порядка.

§ Паранояльная тенденция – настойчивое продвижение в сознание масс собственной (заимствованной у шизоида, но упрощенной) модели переустройства мира с целью совместной работы над ее реализацией.

§ Эмотивная тенденция – гуманизация и гармонизация внутреннего и внешнего мира.

§ Шизоидная тенденция – истинно оригинальный, нестандартный взгляд на мир, рождающий творчество.

§ Гипертимная тенденция – широкий, оптимистический взгляд на происходящее в реальном мире (без ухода в мнимое благополучие).

§ Тревожная тенденция – осторожность, консерватизм, стремление многократно убедиться в объективной необходимости и продуманности любого нововведения.

Иными словами, шизоиды «нужны» социуму для того, чтобы, взглянув на мир, не как все, не ортодоксально, выработать очередную преобразовательную идею. Истероиды – для того, чтобы сообщить эту идею, как нечто новенькое, привлекательное и как можно большему числу окружающих. Параноики – чтобы, упростив идею до лозунга, понятного массам, обеспечить ее общественную реализацию. Эпилептоиды – чтобы построить в колонны и шеренги эти самые «массы», мобилизовать их на общественно полезный труд (не пряником, так кнутом). Эмотивы – для того, чтобы напоминать всем остальным, что «массы» состоят из людей, нуждающихся в любви, сочувствии и отдыхе, что на самом-то деле идея должна служить обществу, а не общество – идее. Тревожные – чтобы удержать социум от поспешных, непродуманных действий. Гипертимы – чтобы обеспечить обществу возможность, в случае чего, отправить подальше всех этих шизо-параноиков с их идеями, и при этом не впасть в грех уныния, а напротив, с радужным оптимизмом начать жизнь с начала, с чистого листа, с новой дороги…

Эти тенденции, сливаясь, взаимодействуя и оказывая взаимное влияние, образуют реальные характеры.

Истерический тип личности

Приглашаю Вас начать рассмотрение цикла статей по типологиям личности на основании материалов исследования Нэнси Мак-Вилиамс. Эти статьи будут интересны в первую очередь тем, кто планирует начать работу с психологом по решению своих вопросов и проблем. А также тем, кто интересуется психологией личности.

Психологи-исследователи отмечают, что истерический (театральный) характер чаще наблюдается у женщин, но встречается и у мужчин.

Содержание

Характеристика театрального типа личности

Люди с истерическим типом личности характеризуются высоким уровнем напряженности, тревожности и реактивности, особенно в межличностных взаимодействиях с другими людьми. Психологи отмечают у таких людей высокий уровень тревоги. Чувства меняются очень резко. Для окружающих это может показаться наигранным, искусственно преувеличенным. Они достаточно напряжены, социочувствительны, жаждут удовлетворения своих потребностей, склонны к обсессиям. Люди с истерическим характером достаточно чувственны, аффективны, творчески. У них преобладает интеллектуальный и художественный стиль восприятия окружающего мира. Они могли бы быть успешными в демонстративных профессиях, таких, как, например, актёрское мастерство, любые виды творчества, политика и прочее.

Формирование истерической личности

У людей с истерическим типом личности произошла фиксация на оральной и эдипальной стадиях развития. В итоге мы имеем очень чувствительную и голодную девочку, нуждается в материнской заботе. Этот ребенок разочаровывается в матери, которая не может ей дать чувство защищенности, сытости. Такому ребенку важно, чтобы его ценили. По мере приближения к эдиповой фазе, ребенок достигает момента, когда обесценивает мать и обращает свою интенсивную любовь на отца. Психоаналитики говорят о том, что при этом ее оральные потребности не удовлетворены. В сочетании с присоединившимися позднее генитальными потребностями, такая девочка не может достигнуть удовлетворения, одновременно идентифицируя себя с матерью и соревнуясь с ней. По сути, девочка все еще нуждается в матери, но уже обесценила ее. Это «привязывает» ее к эдиповому уровню. Она видит мужчин, как сильных и восхитительных, а женщин, как слабых и незначительных. Она смотрит на мужчин снизу вверх, ненавидит и восхищается ими одновременно. В более позднем возрасте использует свою сексуальность, как оружие для соблазнения мужчины, чтобы приобрести мужскую силу. В более позднем возрасте истероид использует секс, как защиту, а не как самовыражение. Во время секса часто может не испытывать сексуального удовлетворения.

Защитные и адаптивные процессы при истерии

Среди них в первую очередь следует отметить подавление, сексуализацию и регрессию. Как правило, люди с истерическим типом характера чувствуют опасность от противоположного пола. Регрессия характеризуется тем, что мы забываем какие-то события, произошедшие с нами. А также имеет место быть и процесс вытеснения. Подавленные воспоминания и связанные с ними аффекты исследовались в психоанализе.

Задача психолога – вскрыть вытесненные воспоминания клиента. Например, на психологической сессии клиент говорит о том, что не может понять, почему и откуда у него такие реакции на событие. По мере работы с ним, выясняется, что причинами этих реакций являются вытесненные в подсознание события из раннего детства, которые человек не помнит.

Зигмунд Фрейд рассматривал конверсию импульсов в телесные симптомы. Например, перчаточный паралич, когда женщина знала о запрете мастурбации, но желание удовлетворения не пропадало. При этом происходило онемение кистей рук.

Психоаналитики говорили о том, что выгодой таких людей является забота о женщине со стороны других. Это конфликт между Id и Super ego. Сексуальная энергия при этом блокируется, вместо того, чтобы находить выражение или сублимироваться. Вспышки сексуального интереса у таких клиентов можно рассматривать как возвращение подавленного.

Невротики конвертируют запретную сексуальную энергию в диффузную нервозность. Люди, которые блокируют сексуальные побуждения, как правило, считают конфликты с другими неприемлемыми. Как правило, истерики сексуально не удовлетворены и беспокойны, хотят близости и любви. Могут быть сексуально провоцирующими, но не осознают этого. При этом они часто шокированы тому, что их поведение расценивается как открытое приглашение к сексу. Если он состоится, то они могут испытывать чувство вины за это и, чаще всего, не получают сексуального удовлетворения.

Как правило, клиенты с истерическим типом личности прибегают к регрессии. Чувствуют незащищенность или опасность отвержения, что стимулирует подсознательное чувство вины и страха. Они могут стать беспомощными и ребячливыми в попытке защититься от людей, чьего отвержения боятся.

Особенности истероидного типа личности

Эти люди с легкостью поддаются внушению. Могут превращаться в нытиков. Предпочитают демонстрировать свое тело, хотя сами его стыдятся, чувствуют себя хуже других. У них присутствует много бессознательной тревоги, вины и стыда. Легко подавляемы. Прибегают к диссоциации для снижения аффективно заряженных импульсов. Например, «очаровательное безразличие» – уверенность при воспоминании того, чего не было на самом деле; склонность верить в вопиющую ложь, которую сами рассказывают.

У таких личностей можно отметить неуемность в еде, приступы истерической ярости. Личность истерического плана, как правило, реагирует аффективно. Они могут какое-то время копить недовольство, внутреннее напряжение, а затем, в какой-то момент, разом выплескивают все то, что накопилось. Если обратиться к тому, как они воспринимают отношения между людьми, то у них отмечается неравная ценность разных полов. Могут в детстве замечать, что родители или учителя уделяют больше внимание их братьям или, если речь идет о мальчиках, то сестрам.

В их представлении присутствует неравная власть полов. Внимание других людей обращается на внешние проявления. Мальчиков, например, стыдили за их женские черты в присутствии девочки. И она воспринимала женственность, как некоторую власть над мужчиной. Отмечалось, что часто отцы истерических личностей были одновременно внушающими страх и соблазнительными. Любящий отец может внушать страх своим поведением маленькой девочке. Девочка воспринимала своего папу одновременно как возбуждающий и внушающий страх объект. А если девочка видит, что он доминирует над супругой (ее мамой), то девочка может делать вывод, что люди ее пола ценятся меньше в обществе, а к мужчинам следует подходить осторожно.

Мальчики, воспитанные в матриархате, где их принадлежность к мужскому полу была опорочена, также могло присутствовать противопоставление «настоящим мужчинам». У лиц с гомосексуальной направленностью в семьях наблюдалась такая динамика.

Женщина хочет нежности и любви от партнера мужчины, но, когда он это ей предоставляет, она может обесценить эту любовь, считая этого мужчину недостаточно мужественным.

Истерическое собственное «Я»:

Главное восприятие себя при истерии – это ощущение себя маленьким, пугливым и дефективным ребенком в мире, где доминируют сильные другие. Они могут выступать, как контролирующие и манипулирующие. Люди с таким типом характера хотят принятия и обеспечения безопасности. Их попытки контролировать и превосходить других направлены на обретение островка безопасности, посреди пугающего мира, и сделать устойчивым, посреди пугающего мира, путем овладения провоцируемой ими же ситуацией. Например, с помощью лести женщина добивается расположения мужчины. После того, как она замечает сигналы со стороны мужчины, что он откликнулся на ее посылы, чувствует себя возбужденной, оцененной. Однако при этом присутствует страх перед тем, что от нее потребуют сексуальную близость. Здесь же имеет место быть чувство вины от запретного возбуждения и навязанного сексуального интереса к ней. Такая женщина ведет себя таким образом с мужчинами, имеющими авторитет.

Реализация потребностей истерического типа личности

Самоуважение истериодного типа личности будет зависеть от их периодического достижения ощущения того, что они обладают таким же статусом и силой, как люди противоположного пола. Быть рядом с идеализированным мужественным парнем они рассматривают как расширение самих себя. Речь идет о том, что параметры силы они ассоциируют с мужчинами, а обладая одним из них, они сами, как будто бы, становятся более сильными.

У таких людей часто присутствует забота о других. Проявляя заботу о своем внутреннем испуганном ребенке, они пытаются защищать других и пытаться «причинить добро» другим людям. Истерические милые, заботливые женщины часто влюбляются в агрессинах и разрушающих мужчин. Любую силу такие женщины рассматривают как мужскую сторону, а не как интегрированную часть своей женской идентичности. Сила у них ассоциируется исключительно с мускулинностью. Единственным своим преимуществом может быть их сексуальность. В связи с этим они часто излишне обеспокоены тем, как они выглядят, боятся старения. Запросами к психологу могут быть вопросы, связанные с интересом к ним других людей в аспекте их внешности, возраста.

Задачей психолога является возвращение возможности самоуважения не только через сексуальность, привлекательность, но и через другие достижения или особенности.

Истерички очаровывают людей, так как боятся вторжения, эксплуатации и отвержения со стороны других. А если нет причин для беспокойства, они радушны и приветливы. Таким людям важно, чтобы их принимали.

Свои чувства истероиды могут выражать драматизированно и преувеличенно. Такие люди предпочитают наигранно выражать свои эмоции и мысли. Они обеспокоены тем, как они будут выглядеть перед теми, кого считают сильными. Их в детстве инфантилизировали и обесценивали. В связи с этим, они не ждут уважения к своим чувствам со стороны других людей и преувеличивают эмоции, чтобы избавиться от тревоги и убедить собеседников в своем праве на самовыражение. Но при этом истероиды подчеркивают, что их можно не воспринимать всерьез, могут отрекаться от своих слов, минимизировать их значение.

Например, девушка может сказать на работе, если ей предъявят претензии относительно того, что она говорила ранее: «Ну я же блондинка, что Вы от меня хотели?!».

Особенности работы психолога с театральными типами личности (перенос и контрперенос)

То, что не помнится сознательно, остается активным в области бессознательного. Настоящее воспринимается как не пережитые ранее сценарии и обиды из прошлого. В связи с этим личность выпадает из пребывания «здесь и сейчас», по сути, реагируя на актуальные ситуации, замещая их «там и тогда». Задачей психолога является вернуть человека в настоящий момент времени, что увеличит уровень осознанности.

Истероиды готовы активно обсуждать свое поведение с другими людьми и с психологами, в частности. Классический тандем истерической женщины клиента и психолога мужчины. Женщины могут видеть в кресле не психолога перед собой, а провоцирующего их мужчину.

Женщина истерического типа с психологом мужчиной чувствует себя испуганной, возбужденной и защищающей себя, соблазняющей. Слегка враждебны и конкурентные по отношению к другим. Могут напоминать детей, «скулить», сообщая о том, что они хотят, или не хотят.

Клиенты истерического типа мужчины будут себя вести с психологами в зависимости от того, какая из фигур в их понимании – материнская или отцовская – будет обладать большей властью. Как правило, истерики готовы к сотрудничеству с психологом, однако люди с пограничными расстройствами могут чувствовать разрушительную угрозу со стороны психолога.

Театральные люди могут «убегать» от работы с психологом, особенно в начале установления отношений с ним. Чувства влечения, страха, ненависти могут вызывать страх, который отпугивает театральных личностей от дальнейшей работы с психологом. Пугающие чувства существуют параллельно с теплыми чувствами, они испытывают много беспокойства.

У окружающих их людей излишняя драматизация и преувеличение чувств могут вызывать насмешки. Истериков это может сильно ранить. Есть большая опасность скатиться в игру большого и всемогущего психолога «папы» и беззащитной «малышки» истерика женщины. Подтекст клиента, который она сообщает психологу: она очень слаба, чтобы позаботиться о себе самой. Психолог может впасть в соблазн ее подбодрить и утешить, когда этого не требуется.

Психологический защитный механизм регрессии спасает истериков от чувства страха и вины, которые сопутствуют возможности принятия на себя взрослой ответственности. Это не следует путать с искренней беззащитностью. Проблема сочувственного и слишком потакающего отношения к истерическим людям может привести к тому, что принижающая себя позиция клиента будет усилена. Снисходительность здесь будет так же оскорбительной, как и высмеивание манипулятивности клиента.

В контрпереносе появляется искушение ответить на соблазнительность клиента. Если фрустрировать попытки соблазнить психолога, то клиент впервые в жизни почувствует, узнает о том, что им могут предложить помощь, не используя их при этом, без аспекта сексуальности.

В кабинет психолога клиенты приносят те паттерны поведения, которые они активно используют в жизни. Например, женщина может манипулятивно запрашивать поддержку у психолога мужчины, как это делает дома с супругом. Задачей психолога в данном случае будет вернуть осознавание клиентке того, как, когда и в каких ситуациях у нее запускаются именно такие варианты поведения. Если вывести их в зону осознаваемости, то клиент сможет ими управлять.

Задача психолога при работе с истериками – быть спокойным и не директивным. В начале работы устанавливается ответственность обоих сторон, что обговаривается в ходе контракта на сессии. По ходу работы психолог тактично интерпретирует чувства, страхи, желания клиента. Но поспешность в интерпретации может напугать клиентов с истерической чувствительностью. Важно возвращать клиента к тому, что и как он чувствует, как это переживает. Одна из главных задач – научить клиента принимать взрослее решения и ответственность за себя.

Излишне импульсивных клиентов можно предупреждать о том, что у них будут появляться сильные реакции в ходе психологических сессий.

Сходство истероидного типа личности с другими (дифференциальный диагноз)

Истерическая личность в сравнении с психопатической

Исследователями-психологами было установлено, что социопатия чаще встречается у мужчин, а истерия у женщин. Истерические люди интенсивно направлены на взаимодействие с другими людьми, конфликтны и испуганы. Задачей психолога будет разобраться в том, какие страхи у них присутствуют.

А психопатические люди приравнивают страх к слабости и презирают психологов, которые каким-либо образом проявляют свое волнение на сессии. Истерические и ассоциальные люди ведут себя одинаково драматично, однако защитная истеричность отсутствует у социопатов. Демонстрация психологом своей профессиональной силы положительно будет влиять на психопатических клиентов, но будет устрашать или инфантилизировать истерических пациентов.

Истерическая личность в сравнении с нарциссической

Истерические личности используют нарциссические психологические защиты. Истерики и нарциссы имеют существенный дефект самооценки, а также глубокий стыд, и требуют компенсаторного внимания и одобрения со стороны других людей, идеализируют и обесценивают. Для истериков проблемы с самооценкой связаны с половой идентификацией. Люди с истерической организацией в целом дружелюбны и заботливы. Но если задевается их чувство страха, могут регрессировать. Истерики часто идеализируют и обесценивают зависящего от пола образ. Например, такая женщина клиент может сказать: «Этот замечательный мужчина не может меня обидеть!». Их поведение может носить агрессивные черты.

В противоположность истерикам, нарциссические клиенты разделяют всех людей на лучших и худших. Их поведение не характеризуется аффектами. Выбор партнеров у истериков ориентирован на «плохие» объекты, которые они идеализируют. Например, женщина-истерик может найти, по ее мнению, слабого мужчину и пытаться его «прокачать» по этому параметру. А нарциссические личности выбирают адекватные объекты, которые они затем обесценивают. Например, такой человек может заявить своему партнеру, спустя несколько лет совместной жизни о том, что зря потратил свое время на него.

Хотите узнать подробнее о нарциссических личностях – читайте продолжение цикла статей .

Предлагаем вашему вниманию еще одну статью об истерическом типе личности: мы рассмотрим в ней подробнее причины формирования такого характера и его проявления.

Вариативная норма: что такое акцентуация

Акцентуация характера — это не болезнь. Несмотря на то, что некоторые названия вариантов акцентуации: эпилептоид, истероид, шизоид и другие, — образованы от названий психических заболеваний, любой человек с акцентуацией здоров и нормален. У эпилептоида нет эпилепсии, а шизоид не болеет шизофренией (иначе они стали бы эпилептиком и шизофреником). У людей с акцентуацией лишь обострены определенные черты характера. Создатель этого понятия, немецкий психиатр Карл Леонгард, к примеру, писал, что «население Берлина — это на 50% акцентуированные личности и на 50% — стандартный тип людей». Тем не менее, в некоторых неблагоприятных обстоятельствах акцентуация может превратиться в болезнь, «добрав» патологичности.

Составители Энциклопедического словаря по психологии и педагогике (2013) пишут об этом понятии так: «Акцентуация характера отличаются от психопатий отсутствием одновременного проявления свойственной последним триады признаков: стабильность характера во времени, тотальности его проявлений во всех ситуациях, социальной дезадаптации». Иначе говоря, эпилептоид не всегда стремится маниакально поддерживать порядок, а истероид не в любой ситуации жаждет оказаться в центре всеобщего внимания.

В российской психологии акцентуация характера остается популярным понятием, однако общепринятой классификации на сегодняшний день не существует. Современные версии типологии опираются на работы Карла Леонгарда, монографию советского психиатра Андрея Личко и другие исследования. Работы Личко позволили глубже понять причины появления и этиологию неврозов, поскольку психиатр выдвинул концепцию так называемого «места наименьшего сопротивления», или «слабого звена» в характере.

«Введение понятия «места наименьшего сопротивления” характера, а также описание этих мест применительно к каждому типу — важный вклад в психологическую теорию характера, — пишет в своей монографии российский психолог, специалист в области экспериментальной психологии и нейро-лингвистического программирования, профессор МГУ Юлия Гиппенрейтер. — Он имеет также неоценимое практическое значение. Слабые места каждого характера надо знать, чтобы избегать неправильных шагов, излишних нагрузок и осложнений в семье и на работе, при воспитании детей, организации собственной жизни и т. п.»

Вязкий педантизм: чем похожи и чем отличаются эпилептоид и эпилептик

Эпилепсия — это психоневрологическое заболевание, главной характеристикой которого являются повторяющиеся внезапные припадки, мешающие мозгу правильно работать. В их основе лежит избыточная электрическая активность нейронов. Из-за нее в мозгу возникает разряд, который бьет и бьет, как молния, в его тканях: раз в год или еженедельно, по ночам или раз в пару часов. При этом припадок может выглядеть не только как судороги, но и как внезапные замирания — так называемый абсанс — с короткими провалами в памяти (эпилепсия petit mal), молниеносные мышечные спазмы в области рук (миоклоническая эпилепсия) или даже лунатизм и подергивание мышц лица и тела во сне (ночная лобная эпилепсия).

По данным Всемирной организации здравоохранения, сегодня в мире порядка 50 млн. человек страдает этим заболеванием. В 70% случаев эпилепсию можно вылечить, чаще всего — медикаментозно. Тем не менее, три четверти людей, даже в развитых странах, не получают лечения, поскольку не обращаются за помощью. Отчасти это происходит из-за того, что широкую известность имеет только судорожная форма эпилептического припадка, а другие его формы не кажутся людям причиной для тревоги. Тем не менее, без лечения эпилепсия разрушает мозг и со временем приводит к слабоумию.

Эпилепсия сказывается на том, как работает психика. В результате, личность меняется: человек становится более «вязким», патологически обстоятельным, неспособным переключиться, раздражительным, склонным ко вспышкам ярости и поучениям, подчеркнуто педантичным, чрезмерно привязчивым и чрезвычайно эгоцентричным.

Надежность и раздражение: плюсы и минусы эпилептоидной акцентуации

Похожие черты свойственны и здоровым людям с эпилептоидной акцентуацией характера — разумеется, не в столь яркой форме. При этом такой человек совсем не обязательно заболеет эпилепсией — или болел ею в прошлом. Акцентуация — это лишь совокупность персональных черт, склонностей и особенностей. Относиться к ним можно по-разному, в зависимости от того, насколько они мешают или помогают самому человеку и окружающим людям, но «лечить» акцентуацию так же бессмысленно, как лечить низкий рост. Можно только корректировать ее проявления, если они становятся проблемой.

Эпилептоидная акцентуация (как и все прочие) действительно может вызвать определенные трудности. Эпилептик переживает судорожные припадки, а эпилептоид — припадки гнева. Как и приступы эпилепсии, они могут быть всем заметны — или невидимы. Оттенки агрессии варьируются индивидуально — и ситуативно: от молчаливых вспышек раздражения до полновесных приступов ярости, когда человек может случайно разбить толстое стекло в вагоне голой рукой. «Я просто очень сильно рассердился», — скажет он затем. И это будет чистая правда: люди с эпилептоидной акцентуацией способны сердиться как никто.

Злоба, раздражение, ярость, гнев, обида, возмущение, бешенство, неприязнь, ожесточение — их частые и назойливые спутники. Эпилептоид сердится в метро, сердится за рулем, сердится дома, сердится на себя, на других, на обстоятельства. Такая особенность характера чревата инсультами и инфарктами — ведь даже если у взрыва почти нет внешних проявлений (как у припадка эпилепсии petit mal), он все равно происходит.

В результате человек с эпилептоидной акцентуацией раз за разом оказывается в опасной системе: агрессивный импульс — задержка, агрессивный импульс — снова задержка… Эпилептоид «сдержан, но взрывчат», «взрывчат, но сдержан». Справляться с этим приходится ежедневно, и люди говорят, что это здорово выматывает. Однако уменьшить агрессивность в таком случае можно за счет работы над собой — в форме аутотренингов или занятий с психологом. Также полезнен бывает полный или частичный переход на вегетарианское питание и «антистрессовые» восточные увлечения: йога, дзен и другие.

© Jeff Koons

© Jeff Koons

Людям с эпилептоидной акцентуацией, как и эпилептикам, свойственна «вязкость» и «привязчивость» характера. Им трудно отвлечься, трудно переключиться, трудно увидеть альтернативу или принять критику. Единожды проникшая и пустившая корни в простой и здравой логике эпилептоида идея «не идет из головы», понуждает возвращаться снова и снова, обрастает дополнениями и добавками, сохраняя при этом незыблемость монумента. Эпилептоидная акцентуация позволяет верить до упора, работать на идею тогда, когда все остальные уже бросили это делать, планомерно добиваясь своего за счет крайнего упорства, педантичной настырности и терпения. «Капля камень точит не силой, но частым паденьем», — это про эпилептоида. Он всегда отступается последним и часто достигает своего, если уж это «свое» втемяшилось ему в голову. Вот почему эпилептоидная акцентуация может оказаться полезной для карьеры и саморазвития. Для эпилептоида, впрочем, важно стараться выбирать, в чем «завязнуть» и к кому привязаться. Бесперспективные объекты чреваты бессмысленной тратой времени — но если идея хороша, она может вывести на главную магистраль, к которой человек сам прокопает свой путь сквозь породу, — и будет потом с полным правом этим гордиться.

Эпилептоидные люди, как и люди с паранойяльной акцентуацией, склонны к образованию «сверхценных идей». Психологи говорят, что если паранойяльный — «пророк», то эпилептоид — «апостол». Такая акцентуация характера позволяет человеку быть надежным коллегой, верным другом и преданным партнером в отношениях. Эпилептоид всегда помнит, кому и сколько должен, кого и за что необходимо отблагодарить. В то же время, в памяти такого человека хранятся сведения и о том, кому он сам сделал добро. Опираясь на свою собственную привычку «отдариваться», он может ожидать, что ему ответят тем же, — и расстраиваться, когда этого не происходит.

Пирог по линейке: как узнать эпилептоида

Один из ведущих отличительных признаков человека с эпилептоидной акцентуацией — его любовь в порядку и упорядоченности. Его дом обычно выглядит очень прибранным и довольно чистым. Это «его крепость», в которую мало кто допускается. Здесь многие вещи и явления имеют свое место, будь то чайная ложка, край ковра или последовательность приговления завтрака.

Эпилептоид охотно наводит порядок (часто неосознанно) и в общественных местах: сдвигает салфетницу, чтобы ровно стояла, вытирает капли супа, если слегка испачкал стол за ланчем, и даже может пожаловаться, что «торт неровный». Беспорядок раздражает таких людей, а их ультимативность и склонность к агрессии подливает масла в огонь, так что посещение захламленного дома может вызвать очередной приступ гнева или уныния. В лучшем случае он будет пережит молча, — но избежать его не получится, если только человек специально не работает со своими негативными эмоциями.

Человек эпилептоидного типа также может показаться довольно жестким: ему легко даются команды, а его логика трезва, понятна и основана на здравом смысле. Его склонность управлять подчас проявляется и в сексуальной сфере. В то же время, за счет возбудимости своей психики эпилептоид остается весьма уязвимым: твердости у него достаточно, а вот спокойствия — нет.

Против приступа: если вы эпилептоид

Один из важнейших навыков, который позволяет человеку с эпилептоидной акцентуацией улучшить свою жизнь, — это способность «купировать» приступы гнева. Такая цель подчас требует кропотливого труда, — но заниматься им можно не только со специалистом. «Учитесь расслабляться и держать внутреннюю улыбку, — советуют психологи. — Воспитывайте в себе большую терпимость к другим людям, даже к тем, кто живет очень по-своему».

Также представителю эпилептоидного типа важно помнить, что «не человек для порядка, а порядок — для человека», — и можно простить коллеге, другу или близкому хаос на столе, немытую посуду в раковине или пару клоков пыли под кроватью. Порядок — важный элемент жизни, но не все обращают на него внимание. Все люди разные, и у каждого есть свои достоинства и недостатки.

Эгоизм и повышенное внимание к себе — большая проблема для многих эпилептоидов. Вот почему им важно учиться понимать других людей, их чувства и взгляды. Для этого можно использовать аутотренинги: например, «Я глазами других», «Перевоплощение» и другие. Также важно регулярно устраивать дни (или хотя бы часы), когда можно добровольно жить согласно распорядку и желаниям близких людей, — а не своим собственным правилам.

Чужой монастырь: если рядом эпилептоид

Для людей с эпилептоидной акцентуацией много значит уважение к общепринятым нормам и их персональным правилам. Вот почему важно спрашивать об их предпочтениях. Такие люди это оценят, и градус миролюбия повысится. Также в случае с эпилептоидной акцентуацией нужно учитывать статус, возраст, заслуги, субординацию и другие общественные иерархические элементы. Эпилептоид неспособен накричать на начальство, однако несанкционированное «ты» со стороны попутчика в поезде может вызвать у него плохо скрываемое раздражение.

При этом нужно помнить, что у общения с эпилептоидом есть и множество положительных сторон. Помимо гнева и педантизма, которые поддаются коррекции, если человек занимается собой, таким людям свойственна порядочность и упорядоченность, надежность, самодисциплина, ясность мышления и верность. Вероятно, за это им можно простить привычку оправлять скатерти или время от времени раздражаться, если вы не ответили на звонок.

Владимир Леви

психолог, психотерапевт и писатель, кандидат медицинских наук

— Единой, общепринятой официальной классификации акцентуаций характера я не признаю, поскольку уверен, что таковой быть не может. Потому что есть такая штука, как психологическая относительность. Нет и не может быть единого, абсолютного, общепринятого на все времена, для всех цивилизаций, стран, национальностей, социальных слоев представления о том, что такое не акцентуация — то есть, характер «среднестатистический», «нормальный», «правильный», или какой-нибудь «гармоничный» или «идеальный». Мы можем с полным правом считать конкретный характер какого-то конкретного человека средним, нормальным или идеальным, но при этом кто-то другой с тем же правом зачислит этот характер в разряд акцентуаций или в совсем сумасшедшие. Один и тот же характер в разных историко-социальных контекстах и ситуациях может оказаться и акцентуированным, и не анцентуированным, и недоакцентуированным, и акцентуированным в противоположную сторону.

Типологии и классификации — дело наживное. Бытующие на сегодня классификации акцентуаций — не первые и не последние. Наблюдательные умы человечества давным-давно заприметили, что все люди не только и не просто разные, но могут быть сгруппированы в некие типы, конгрегации со сгущением сходственно-родственных черт — или, если угодно, породы, у которых одни признаки (черты, свойства) заметно преобладают, усилены, ярко выражены (то есть, акцентуированы), а другие наоборот. Вспомним знаменитое, и ныне еще имеющее школьную силу, античное подразделение человеков по четырем темпераментам, которые нобелевский лауреат Павлов углядел и у своих несчастных подопытных псов. А блестящий живописный очерк характеров Лабрюйера (XVIII век), эта щедрая палитра разных человеческих разностей, в которой угадываются обрисованные в дальнейшем типажи Леонгарда, и того же Личко, и многие другие? А превосходная Ганнушкинская классификация психопатий и патологических характеров? А великая Кречмеровская патохарактерология, позднее вошедшая в многообъемный сплав психошкал грандиозного теста MMPI?

В старинной индийской «Камасутре» неизвестный искушенный автор на основе, как можно понять, весьма обстоятельного личного опыта впечатляюще изобразил основные сексуально-характерологические типажи женщин; в классификации этой, сугубо практической, прозрачно просматриваются и гиппократические темпераменты, и конституциональные психосоматические типажи недавних времен, достаточно реальные для медиков и психологов. Крайняя степень выраженности каждой типажности становится житейски проблемной, тяготеет к сомато-, психо- или социопатии. В одном из типажей даже синдром Аспергера проглядывает.

Любая (качественная и количественная) совокупность любых более или менее реальных или придуманных, измышленных — и тем введенных в реальность — свойств человека (и не только) может стать основой для классификации — некоей типологии и\или типомифологии. Для измерительных шкал — континуумов, близ крайних полюсов которых окажутся вот эти самые акцентуированные характеры — или акцентуированные мифологемы и акцентуированные фикции. К разряду мифологем и фикций отношу, например, псевдохарактерологические классификации людей по именам, типажи астрологические и соционические (сейчас на меня набросятся их фанаты — ну-ну, давайте, кусайте).

Что касается соционики, то эта мифистика, вначале являвшая собой забавную и небесполезную умственную игру с человеческим многомерием, постепенно, в ходе опопсения и опошления, выродилась в сектоидную псевдятину с привкусом коммерции. Выросла эта пурга на первоначально вполне здравой основе — на эмпирической психотипологии Юнга, создателя классических представлений об экстраверсии-интроверсии. Яркий пример того, как из любой теории, основанной на живых практических наблюдениях, можно вытворить какую угодно бодягу.

Можно ли самому понять собственную акцентуацию? В какой-то степени можно, если:

— у вас для этого достаточен общий уровень интеллекта и базовой образовательной подготовленности, в том числе в области психологии;

— вы наделены достаточно развитой саморефлексией, самоосознанностью, достаточной мерой самообъективности, что, надо заметить, свойство не частое;

— не уперты — обладаете достаточно открытым восприятием и свободным сознанием; не пребываете в каких-то априорных непререкаемых убеждениях относительно себя и окружающих, как позитивных. так и негативных — готовы, не зная, не понимая чего-то, осознать, что не знаете и не понимаете, принять, признать это и пожелаете узнать и понять;

— не слишком фиксированы на себе — интересуетесь жизнями и характерами других людей и набрали достаточный опыт наблюдений, сравнений и размышлений о человеках;

— достаточно изучили те психологические параметры, шкалы, по которым хотите получить свои показатели;

— спокойно и вдумчиво пройдете соответственные тестовые исследования;

— не растеряетесь и не расстроитесь, получив результат, представляющийся вам неважнецким; вспомните о психологической относительности и о том, что человек, понимающий себя, может — в понимаемых пределах — себя изменить.

Добавить комментарий